10:15 24 Мая 2019
Прямой эфир
  • EUR20.08
  • USD18.03
  • RUB0.28
  • RON4.22
  • UAH0.68
Майя Санду с прощальным желтым букетом

"Убитых школ" Майе Санду прощать нельзя

© Sputnik / Miroslav Rotari
Колумнисты
Получить короткую ссылку
Нику Гончар
3000165

Колумнист Sputnik Молдова объяснил, чем навсегда запомнится жителям республики бывший министр просвещения Майя Санду

Говорят, что после президентских выборов 2016 года западные политтехнологи, работающие в Молдове, сетовали — им элементарно не хватило времени, чтобы сделать Майю Санду президентом. Возможно, это была попытка оправдать свой проигрыш, хотя интересна сама уверенность, что "сделать" президентом можно кого угодно, хотя бы и лошадку из тех, что катают детей в кишиневских парках. С одним условием — если этого пожелают заокеанские господа.

Подобная же бездумная уверенность — характерная черта и для самой Санду. Хотя психолог наверное сказал бы, что эта уверенность не в себе, а силе, которая "стоит" за ней и ее помощниками, улыбчивыми пиарщиками с гарвардскими дипломами, а чаще и без них. Главное, кому ты служишь, а там разберемся.

Однако не размышлять и ни в чем не сомневаться — это очень плохая черта для политика и в особенности — для государственного деятеля. В свое время вот так, не сомневаясь ни секунды, глядя в объективы телекамер ясным взором, министр образования Майя Санду подписала смертный приговор для сотен молдавских школ. А фактически — для сотен молдавских сел, потому что каждый у нас знает фразу: "Без церкви село стоять может, а без школы — не будет".

Президент Румынии Клаус Йоханнис отказал Майе Санду>>>

И "убитых школ" Санду прощать нельзя, вне зависимости от того, как дальше сложится или не сложится ее жизнь.

Понимаете, сегодня эта, на первый взгляд, душевная и трогательная дама может сколько угодно распинаться в интервью о том, что украденный миллиард надо вернуть, про олигархию и коррупцию, про нарушения прав человека и все остальное, о чем принято сокрушаться в беседах с журналистами. Это всё слова, ритуальные танцы с избирателями.

Но если вспомнить о делах Майи Санду, то первое, что всплывает в памяти — это чернеющие по всей Молдове сельские школы со слепыми, забитыми окнами.

Эта тема вновь всплыла на поверхность после того как в министерстве заговорили о приостановлении так называемой "оптимизации". Наверное, в первый раз с 2010 года, когда был дан старт массовой ликвидации школ в селах и городах Молдовы, в ведомстве поинтересовались — сколько же всего учебных заведений в стране закрыты и "реорганизованы".

Я знаю, что у некоторых чиновников министерства "волосы встали дыбом", когда они познакомились с этой статистикой. Первые же оценки показали, что за последние семь лет, в период 2010-2017 годов в Республике Молдова было закрыто 218 школ и "реорганизовано" 303 учебных заведения.

Послушайте, это же катастрофа, это гибель. У нас население сокращается на глазах, так скоро все "закончится", с кого налоги брать будут?

218 уничтоженных школ — это 218 уничтоженных сел и коммун. Никто не будет с этим спорить, и так везде происходит в мире, — и на равнинах Молдовы, и в горах Кавказа, и в дельте Амазонки. Молодые семьи не остаются жить в селах, если там негде учить детей. Остаются только старики, а потом старики умирают, и с ними умирает и село.

Русский язык в Молдове исчезает вместе с образованием>>>

И знаете, что самое печальное? Доказать Майе Санду, что это плохо, совершенно невозможно. С ее точки зрения все логично, правильно, так и должно происходить. Если люди бегут из Молдовы, и если в школах не осталось детей, то зачем эти ненужные расходы? Зачем содержать эти здания и тратиться на персонал? Пусть ходят пешком в школу за 15 километров, в другое село, а здесь мы её закроем и занесем пару цифр в графу "экономия". Логично же?

Странное пересечение времен и событий — в конце 1950-х годов в СССР появилось такое понятие, как "неперспективная деревня". "Развитие населенного пункта экономически неэффективно" — это звучало, как приговор. К этим деревням прекратили строить дороги и проводить линии электропередач, на них махнули рукой.

И первыми там стали закрываться именно школы.

Уже в 1970-х годах "неперспективными" стали десятки тысяч населенных пунктов по всему Союзу. Вслед за школами закрывали медпункты и сельские магазины, а фермы вместе с техникой переводили в центральные усадьбы. А затем люди уезжали, и деревня умирала. Много пустых деревень стояло в позднюю брежневскую эпоху по огромной стране.

Карикатурным образом эта история повторилась в 2010-х годах в Молдове. "Экономически неэффективное должно умереть", а что может быть менее прибыльным, чем содержание школ и детских садов?

Что может быть важнее, чем жизнь, учеба, профессии будущих поколений? Что мы им приготовили, с тем они и будут жить. Большая часть уедет в дальние края. Оставшиеся будут обвинять предков за то, что им сломали жизнь.

Санду никогда не сможет понять, почему даже 1 (прописью — один) ребенок в незакрытой школе, это во много раз эффективнее, чем сто детей, покидающих свои села из-за того, что там нет школы.

Потому что Республика Молдова и Майя Санду живут в разных измерениях. В разных системах координат.

Неизвестно, чему учили и как воспитывали Санду в Гарвардском институте государственного управления имени Джона Ф. Кеннеди. Но в итоге втемяшили ей в голову, что важна эффективность, а не сентиментальность. Важны не дети, а деньги. Ведь сила — в деньгах, и именно деньги — абсолютное благо и высшая моральная ценность.

А чтобы были деньги, надо хватать власть, кто ей пообещает эту власть, тому она и покорна.

Майю Санду невозможно убедить, что со школами все плохо, потому что с ее точки зрения все более или менее нормально. Ну, если судить по графе "расходы", которые несколько сократились. И сократились бы еще больше, если бы "оптимизацию" не остановили.

Санду находится в другой системе координат, в иной парадигме ценностей. Там, в рыночных высотах, в принципе не понимают аргументов типа "села умирают", или "все лучшее — детям". Там брезгливо морщатся, когда слышат, что не всё на свете — товар, и не всё на свете измеряется рынком. Поэтому Майю Санду с ее психологией "эффективного менеджера", — а попросту говоря, лавочника, — нельзя было на пушечный выстрел подпускать к задачам, которые не решаются на рыночной основе.

И если ей и таким, как она, дать волю, то они закроют не только школы. Они позакрывают все, что не приносит им дохода, и начнут с больниц, государственных колледжей и вузов, музеев и театров. Затем "рационализируют и оптимизируют" неэффективное сельское хозяйство, а землю "растолкают" по эффективным биржам и аукционам.

Каковы цели правой оппозиции в Молдове>>>

А потом закроют и всю Молдову, потому что наша страна, с их точки зрения, абсолютно, совершенно неэффективна. Они уверены в этом, сами же всё и придумали, удачно оптимизировали.

Если бы Майя Санду была честна с избирателями или хотя бы сама с собой, то была бы вынуждена признать: да, в системе ценностей, которую я представляю, Молдова — не нужна. Закройте это предприятие и распродайте то, что осталось.

И здесь возникает один почти риторический вопрос: с такими убеждениями и взглядами, зачем эта дама вновь рвется в президенты Молдовы?

Может, потому и рвется, что ей кое-кем давно определена должность "ликвидатора" нашей страны? Ну, а то, что она натворила со школами, была просто тренировка.

Да и сама она заявила, что на всё пойдет, но президентом станет.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

По теме

Майя Санду считает себя единственной
Школы Молдовы: на какие нужды идет "необязательная" подать
Молдова лишится еще одной русской школы
Теги:
прощение, авторская колонка, общество, политика, школы, образование, мнение, Майя Санду, Молодова
Правила пользованияКомментарии


Главные темы

Орбита Sputnik