15:57 19 Июня 2021
Прямой эфир
  • EUR21.22
  • USD17.78
  • RUB0.24
  • RON4.31
  • UAH0.65
Колумнисты
Получить короткую ссылку
33970

Почему в Молдове до сих пор спорят о том, каким было волеизъявление жителей республики по вопросу о сохранении Советского Союза.

Каждый год 17 марта в молдавской прессе неизменно появляются, хотя бы одной строкой, статьи, посвященные годовщине единственного в истории СССР референдума — о сохранении Советского Союза. А в этом году у референдума — тридцатилетний юбилей. Поэтому говорят и пишут об этой памятной дате сегодня больше, чем обычно. И спорят тоже упорнее, чем обычно.

Самые ожесточенные споры вызывает вопрос, каким же все-таки было волеизъявление жителей Молдавской ССР. Историк Петр Шорников, который принимал непосредственное участие в тех событиях, убежден, что ответ был однозначным — за Союз. По его подсчетам, в голосовании по всей Молдове приняли участие около 950 тысяч человек, а это больше трети от тогдашнего числа избирателей при необходимых 25% высказавшихся.

Критики упирают на тот факт, что официально референдум в республике не проводился — Верховный совет МССР отказался от участия в плебисците. А значит, и подсчитать число голосов не только невозможно, но и не имеет смысла. Им возражают те же историки, да и просто очевидцы событий 1991 года: в Верховном Совете царил хаос, вопрос о проведении референдума выносился на голосование множество раз, пока националистам не удалось достичь нужного результата — отказа. Вспоминают о прямом запугивании и угрозах физической расправы в адрес депутатов, сторонников проведения референдума.

Точных цифр действительно не назовет сейчас никто. Потому что хаос творился не только в Верховном Совете, но и на улицах, где 17 марта бушевали и ломали двери участков сторонники присоединения Молдовы к Румынии — тогда между ликвидацией республики и ее независимостью ставили знак равенства (впрочем, этот знак равенства до сих пор никто не отменил — например, именно такова суть нашей Декларации независимости).

Тем больше поводов полагать, что большинство людей, которые все же пришли на участки, прорываясь через шквал оскорблений и, часто рискуя собственным здоровьем, высказались за сохранение Союза. Те, кто был против, на участки не ходили — они их громили.

О чем на самом деле говорят, вспоминая 17 марта 1991 года

Но имеет ли вообще значение этот вопрос — о чем думали и чего хотели жители Молдовы тогда, тридцать лет назад? Давно уже нет Советского Союза и нельзя войти два раза в одну и ту же реку, и что, мол, ворошить прошлое, которое все равно не изменишь.

Разумеется, имеет. Иначе никто бы не и не вспомнил об этой дате сегодня, когда на улицах свирепствует коронавирус, а в парламенте и администрации президента идут тяжелые междоусобные бои между политиками.

В том-то и дело, что, вспоминая сегодня о том далеком референдуме, мы говорим совсем не о прошлом. Мы размышляем о настоящем и о будущем.

Почему до сих пор многим так важно понять, высказались тогда жители Молдовы за или против сохранения Советского Союза? Потому что и тогда, и тридцать лет спустя это прежде всего был вопрос о том, жить ли вместе теперь уже бывшим братским республикам — и жить ли им вместе с Россией в слаженном за десятилетия социальном и экономическом комплексе? Или разбежаться по "национальным квартирам" и отыскивать пути в одиночку, кто как сумеет?

Не было тогда еще никакого Европейского союза, который после распада СССР стал единственным образцом и флагманом интеграции — и долго оставался им, пока не был создан Евразийский экономический союз.

И вот теперь, тридцать лет спустя, Молдова все так же остается на распутье. Все так же, как и в 1991 году, актуален этот вопрос о будущем, о возможностях интеграции, о перспективах жизни не в одиночку, но вместе с другими, союзными народами.

Иллюзии о будущем

Изменились только акценты — тогда умами владела иллюзия, лучше всего описанная легендарной фразой, оригинала которой никто уже и не помнит: "Да мы завалим всех помидорами". Теперь вот, тридцать лет спустя, выяснилось, что нет, не завалим. А вот нас завалили импортными помидорами и яблоками (пока собственные бульдозерами закапывают в землю) и даже кукурузной мукой — которые дешевле отечественных. Эта тема неизменно в моде, и время от времени очередной блогер проходится по супермаркетам, драматически показывая полки, где импортные товары почти вытесняют отечественные.

И это тоже вопрос не только о настоящем, но и о будущем. Тот же самый вопрос, над которым думали на кухнях и на улицах в 1991 году — станет ли жить лучше, если...

Хотя на самом деле вопрос "стало ли лучше жить без СССР" глубоко неправильный. Не бывает "лучше" для всех, как не бывает для всех одной и той же "свободы" (в том числе и свободы слова), и не бывает средней температуры по больнице. Правильный вопрос звучит так: "Кому стало жить лучше спустя три десятилетия "одиночного плавания"?

По одному из последних опросов, проведенных Институтом публичных политик, очень довольны экономической ситуацией в стране (читайте — собственным благосостоянием) всего 0,2% жителей Молдовы. В целом довольны еще 3,5%. Вот этим 3,7% населения жить точно стало лучше. Кстати, в нашей маленькой стране многих из них знают по именам и даже по номерным знакам роскошных авто.

А вот абсолютно недовольны и просто недовольны экономической ситуацией в Молдове 63% населения. И вот тут уже вопрос "стало ли лучше" совсем не выглядит таким однозначным, как это кажется тем самым 3,7% благополучных граждан.

Снова на распутье

Тридцать лет спустя после Всесоюзного референдума умами владеет другая иллюзия — о блистательном будущем в Европейском союзе. Который накормит, напоит и даст работу, и это точно сделает жизнь лучше, чем в далеком советском прошлом.

На смену лозунгу "завалим всех помидорами" пришли другие: "Европейской интеграции нет альтернативы" и "Для нас открыт европейский рынок с 500 миллионами потребителей". О помидорах, впрочем, тут никто уже не вспоминает, и это разумно, учитывая, что сельское хозяйство в Молдове находится примерно в той же ситуации, что и железная дорога, — на грани банкротства.

Правда, работу Европейский союз действительно дает, и обезлюдевшие молдавские села — первое тому свидетельство.

Посреди этой депрессивной экономической и социальной реальности Молдова, как и тридцать лет назад, по-прежнему стоит на перепутье. Вопросы, которые тревожили жителей республики во времена Всесоюзного референдума, никуда не делись, остались актуальными.

Более того, к ним добавился и еще один вопрос — научились ли мы чему-нибудь за минувшие тридцать лет?

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

Будь в курсе всех новостей в Молдове и мире! Подпишись на наш канал в Telegram>>>

Смотрите Video и слушайте Radio Sputnik Moldova

Теги:
история

Главные темы

Орбита Sputnik